Бывший тренер сборной по резерву: Белорусская легкая атлетика сваливается в штопор. В Рио будет хуже, чем в Москве

Бывший тренер сборной Беларуси по резерву Юрий Моисевич приводит убедительные аргументы в пользу того, что будущее у белорусской легкой атлетики имеется.

«Когда я пришел в сборную в 2005 году, я уже имел опыт работы как тренером, так и директором школы, готовил на этом уровне и медалистов, и участников Олимпийских игр. Я попытался оценить ситуацию, которая у нас была на тот момент. Так вот, когда проанализировал результаты выступления резерва с 1993 года по 2004-й, меня поразили такие цифры: двадцать три призера юношеских, юниорских и молодежных чемпионатов мира и Европы ушли из легкой атлетики! Я это могу подтвердить пофамильно, статистика – вещь упрямая.
 
Когда Анатолий Иванович Бадуев пригласил меня на должность тренера по резерву, мы определили задачи на будущее. За основу был взят принцип, чтобы молодежь продвигалась в национальную команду постепенно, без излишнего форсажа. Чтобы люди приходили в основной состав не измученные большими объемами нагрузок, не накормленные запрещенной фармакологией. Они должны были естественным образом дорасти до уровня, позволяющего быть конкурентоспособными на чемпионатах мира и Европы, на Олимпиадах.
 
Когда проанализировал весь состав предыдущего резерва национальной сборной (около ста пятидесяти человек), то оказалось, что только семь процентов оставалось в спорте! Это какие же колоссальные были затрачены материальные ресурсы, сколько было вложено тренерского труда! Не говоря уже о том, что Беларусь не располагает огромными людскими ресурсами. Если б тех юниоров-призеров и тех, кто занимал близкие к призовым места, далось сохранить для большого спорта, то они дополнили бы Олимпиаду-2004 и закрыли бы Игры-2008. Но медалистов топовых юниорских состязаний просто не стало. В мире же тенденция такова, что, как правило, все такие люди остаются в спорте.
 
Помню, как-то в 1999 году тогдашний главный тренер сборной Александр Рудских на стадионе «Луч» в Гомеле во время чемпионата Беларуси представил нам своего помощника – Анатолия Бадуева. При этом он сказал: «Как бы вы ни относились к Бадуеву, и пусть даже я его не люблю, но он нам нужен». Потому что уже тогда просматривались проблемы с завоеванием медалей. К примеру на ЧМ-1999 в Севилье у нас не было ни одной награды.
 
В то время Анатолий Иванович начал отвечать за методическую работу. Начали проводить установочные сборы, принимать контрольные нормативы. Шло поступательное движение, уживались и Рудских, и Бадуев. И это взаимодействие давало определенные результаты. Если помните, в 2003 году национальная сборная завоевала на чемпионате мира рекордные семь медалей. А если брать период работы Бадуева уже как главного тренера, то белорусскими легкоатлетами добыто около пятидесяти наград на топ-турнирах – на ЧМ, ЧЕ и Олимпиадах. Притом семь наград на Играх в Пекине-2008 – это больше трети всего медального улова страны на той Олимпиаде.
 
А что касается резерва, с которым я работал, то нас клевали всегда (особенно преуспевает один известный корреспондент частной газеты). Не было медалей – критиковали, что нет результатов. Когда результаты есть – лейтмотив такой: форсируют, накололи, и в дальнейшем эти люди будут выброшены. Так вот должен вам доложить, что на Олимпиаде в Лондоне из пятидесяти трех человек состава сборной двадцать восемь были 1986 года и моложе. Это те, с которыми я работал, будучи тренером по резерву. Ремарка к тому, что у нас якобы нет резерва.
 
Перед Олимпиадой в Пекине, когда Николай Кручинский был директором НАДА, мы очистили нашу команду, навели порядок с фармакологией. Да, тогда в Китае выходцы из резерва заняли три четвертых места, а большая часть выступила неудачно. Зато сейчас восемьдесят пять процентов тех спортсменов составляют обойму национальной команды. Все они остались в спорте. Из родившихся в 1986 году и позже в строю семьдесят человек, а покинули спорт в период с 2005-го по 2012-й только четыре медалиста юниорских топ-состязаний.
 
В Лондоне выступление легкоатлетов в силу уже названных причин было неудачным. Но вы посмотрите, кто претендовал на медали. Максимова, у которой уже есть награды взрослой Европы. Эдуард Михан, имевший награды юниорских топ-турниров. Шуткова, Мирончик, Шаюнов. Медали взрослой Европы перед Олимпиадой завоевывали Цапик, Талай. И когда сегодня заявляется, что по итогам чемпионата мира в Москве на Олимпиаду в Рио можно оставить только пять-семь человек, то могу встречный вопрос задать: а кто остальные сорок спортсменов подготовит за оставшиеся три года?
 
В данный момент наша легкая атлетика сваливается в штопор. И если так и дальше будет продолжаться, то на Олимпиаде-2016 в Рио результат будет еще хуже, чем на прошедшем чемпионате мира в Москве.
 
Но если грамотно работать с тем составом, которым сейчас располагает национальная команда по легкой атлетике, то ее потенциал на Играх-2016 – пять медалей. Но со спортсменами надо работать, а не декларировать.
 
Как мы говорили, в роли главного тренера должен быть специалист, который прошел большую школу собственной практической работы и достиг результатов с учениками.
 
Вы можете себе представить во врачебной практике ситуацию, когда всех студентов-отличников поставят оперировать, а академиков-профессоров (они уже старые!) уберут в сторону. В спорте, думаете, грубее и проще? В некоторых моментах это, возможно, еще и более тонкое дело. Посмотрите, кто руководит национальными командами на том же постсоветском пространстве. Какой путь пошел в свое время Куличенко? От личного тренера рекордсменки и олимпийской чемпионки до старшего тренера по резерву команды СССР, и лишь потом – главным тренером сборной России. Кто был Маслаков? Тренер призеров олимпийцев, старший тренер в спринте, и лишь отработав долгие годы, был назначен главным тренером. Схожая ситуация и на Украине. Великих спортсменов можно и нужно привлекать в тренерский цех, на работу в федерацию. Дать им талантливых учеников. Но главный тренер – это та должность, где все должно быть выверено. Человек должен показать себя здесь как созидатель, а не разрушитель. У нас же пока идет разрушение.
 
Какой выход? Срочно вернуть специалистов, которые работали и имели результаты на постах старших тренеров национальной команды. И необходимо менять моральный климат в команде. В этом смысле уже долгие годы у нас нездоровая легкая атлетика. Дрязги, зависть, но только не здоровая конкуренция. Приведу показательный пример. Когда в 2005 году на пост главного тренера заступил Бадуев, то ни один старший тренер сразу не был уволен. Хотя ему в то время многие нашептывали: «Убери команду Рудских!».
 
И лишь со временем появились Астапкович, Казанцев, Цыбульская, которая завершила спортивную карьеру, пришел я.
 
А теперь посмотрите на изменения после прихода к рулю Александра Трощило, который никого не оставил из прежней обоймы. Говорите, таким образом он хотел провести оздоровление коллектива? Но ведь те, кто сегодня уволены, они как раз-таки не занимались доносами. Они работали у станка, что называется. Отвлекаться на дрязги им некогда. Тот кто созидает, он весь в работе. А вот доносчики объединяются четче, быстрее, организованнее. И действуют целенаправленно. Знаете, в чем секрет успехов в сборной Германии по футболу? В преемственности. Там новый главный тренер практически всегда прежде был помощником. Начиная с 1946 года там было всего 5 главных тренеров!
 
Большое спасибо, что вы организовали эту встречу. Начиная с Олимпиады в Лондоне огонь критики был только в одну сторону. Оказывается, это мы виноваты в том, что не получается у них. Что ж, мы ждали, пока пройдет командный чемпионат Европы, потому что это показательный турнир, демонстрирующий развитие всех видов. Там никак не спрячешь легкую атлетику, особенно если сильнейший состав был. В свое время мы были в суперлиге два года подряд при том, что не вывозили всех лидеров-метателей. Любопытно, как в сборной нынче идет планирование результатов. Сначала обтекаемо заявлялось, что на командном чемпионате Европы мы займем «свое» место. Но когда люди стали недоумевать, и потребовали от главного тренера проанализировать, на что рассчитывает команда, он посмотрел на прошлый год и пообещал набрать около двухсот тридцати очков. На деле же получили сто пятьдесят. Это был анализ потенциала сборной?
 
Ну и чемпионат мира закрепил впечатление. И дело не в том, что он оказался без медалей. Всякое бывает. Спады случаются и до Олимпиады, и после. Но когда в финальных восьмерках всего один человек… Да еще при плане в одну-две медали. Где здесь объективный анализ, профессионализм?
 
Хотя Вадим Девятовский в своем выступлении на TUT.BY сказал, что с этой командой мы могли бы завоевать медали. И я с ним согласен. Но вряд ли это было реально с нынешним штабом. К слову, десятиборец Андрей Кравченко сразу после лондонской Олимпиады заявил, что если б у руля сборной тогда остался Бадуев, то Беларусь в легкой атлетике точно не осталась бы без медали.
 
Но мы еще с 2009 года почувствовали отношение руководителей Минспорта к нашей команде. Так, из национальной сборной была убрана старший тренер по спринту Олимпийская чемпионка Ледовская, которая работала десять лет. И спринт достойно был представлен на чемпионатах мира и Олимпиадах. Однако она оказалась не нужна национальной команде. Заслуженный тренер СССР Валерий Бунин, который поднял прыжки, не нужен национальной команде. Меня из сборной тоже убрали. Хотя при обязательстве занять третье-шестое место мы с Мирончик привезли с Олимпиады седьмое. Это один из лучших результатов среди всех наших легкоатлетов в Лондоне. Избавились и от тренера Казанцева, чьи подопечные также показали неплохие результаты.
 
А потом раздаются стенания, что нет специалистов! Вы посмотрите, кто работает в сборных разных стран. Восьмидесятилетний Бондарчук готовит в Канаде толкателей ядра. Буханцов сидит на скамеечке, ходить уже не может, готовит иранцев. Мозги тренерские ценятся везде в мире. Только у нас они не нужны. Но тема муссируется: нет специалистов! Но я так полагаю, что остаются те специалисты, которые угодны руководству, а не те, которые могут давать результат.
 
Эта смехотворная комиссия, которая заседала после лондонской Олимпиады, заседала для галочки. Все результаты ее работы уже были написаны заранее. И Моисевич, чьи ученицы становились финалистками чемпионатов мира, Европы и Олимпийских игр, стал вдруг полностью непрофпригоден. Но почему-то такие оценки давались избирательно, и те, чьи подопечные выступили хуже, остались профпригодными. Парадокс!»

Добавить комментарий